December 19th, 2007

file_angela

рассказ о моей первой влюбленности в 17 лет. как это было... (длинно, хотя и вкратце).

Когда мне было 17, я влюбилась.
Впервые в жизни.
По уши.
С первого взгляда.
Как только увидела его карие глаза с длинными ресницами. Это потом я увидела, что они не просто карие, а с желтыми стрелами - просто тень от ресниц почти скрывала цвет, и глаза казались просто темными. Почти черные пряди, вьющиеся, кажущиеся беспорядочной массой, постоянно закрывали их. Но я все равно чувствовала свет, который шел из них. Свет, в котором я грелась и подлетала, даже не отталкиваясь от асфальта. И, разумеется, он сам очень хорошо знал цену своему обаянию.

Он был совсем немного выше меня, но мне всегда казалось, что я смотрю на него снизу вверх. он так много знал.. И когда мы шли рядом, я молчала и слушала, потому что казалась себе глупой и неуклюжей.

Именно он показал мне тот ирландский паб, который сейчас - одно из моих любимых мест. С ним я впервые попробовала сидр. И рядом с ним поняла, что не умею одеваться. Его всегда можно было фотографировать для обложки глянцевого журнала, который вышел бы только через полгода.

Я знала его всего пару месяцев - от нашего первого взгляда до прощания, когда он закрывал за мной и моей сестрой свою дверь в Питере. Мы познакомились в сети, и увиделись только через пару недель после знакомства и каждодневной переписки. И я пропала. Наши с ним встречи можно пересчитать по пальцам одной руки. Несмотря на то, что я почти неделю жила в его квартире.

Я знала, что он появляется в Москве только по выходным, и всю неделю ждала пятницы. И начиная с самого утра смотрела на телефон - когда же он позвонит? и позвонит ли вообще? Я ехала в автобусе, прижимала лоб к стеклу и повторяла: «Позвони, позвони, позвони!»
- А вдруг он не позвонит? – поворачиваясь к подруге.
- Позвонит, куда же денется, - отвечала она мне, улыбаясь.
Меня это заверение не успокаивало. Я знала, что деться он может куда угодно. А я так хотела его увидеть хотя бы ненадолго. К утру субботы я отчаивалась. Но он звонил.

После первой встречи я получила письмо, несколько строк из которого поставили в тупик:
«Мои впечатления тебе интересны? Что могу сказать? Умница ты, красотка, что еще? Интересно было бы лет через 5-7 с тобой встретиться. Вообще супер была бы, наверное. Давай расти!
Перечитал, постарался увидеть твоими глазами, увидел наезды, исправлять не буду: интересна твоя реакция».

Ему было 23, почти 24. Мне 17. Я считала его очень взрослым и умным. А он меня – очень маленькой. Он относился ко мне как к кому-то, застрявшему как сущность между ребенком, женщиной и чебурашкой. Ну и подопытная мышка из меня неплохая получилась. Эта роль – еще одна из многочисленных параллелей между моим романом в 17 лет и тем, что был в 21 и тянулся полтора года.

Collapse )
file_angela

вопрос, поставивший в тупик и огорчивший.

"оля, я не могу понять, ты всегда была стервозной или недавно стала?"

(вспоминается "А вы перестали пить (коньяк?) по утрам?"). попробуй ответь "да" или "нет".

с одной стороны, так и должно быть - я этого и добиваюсь: казаться стервой тем, кто меня видит только издали или вблизи, но редко. и кто не становится "своим". так уютнее. безопаснее. проще.
с другой... как-то обидно. потому что услышала это от человека, которого уважаю, пусть и мы с ним совсем-совсем чужие и незнакомые.

.. а что такое, по-вашему, стерва?

Upd: да ну на фиг расстраиваться.
мало ли кто как назовет.
слава богу, наслышалась разных прозвищ.. хватит. я-то знаю, кто я есть.